Леонид Невзлин (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} nevzlin) wrote,@ 2009-06-25 10:34:00 |
|
Навстречу резолюции ПАСЕ
российская прокуратура имеет почти неограниченные полномочия для заключения людей в тюрьму, а судьи раболепно подчиняются требованию выносить обвинительные приговоры чуть ли не по каждому делу.
практика "телефонного правосудия" укоренилась: российские судьи так боятся, что за неправильное решение их накажут или уволят, что сами звонят и просят дать им указания.
в отношении адвокатов часто практикуются обыски, конфискации и другие средства давления.
Доклад призывает не экстрадировать в Россию людей, если есть вероятность, что судебное разбирательство их дела будет несправедливым.
Наибольшее внимание в документе уделяется делу ЮКОСа.
По мнению автора, невозможно понять, почему Михаила Ходорковского и Платона Лебедева второй раз судят за одно и то же преступление: во время первого процесса их обвиняли в уклонении от уплаты налогов, а теперь все те же самые факты интерпретируются обвинением как мошенничество и отмывание денег. Это очевидное нарушение Европейской конвенции по правам человека, никто не может быть осужден дважды за одно и то же.
По поводу дела Алексея Пичугина (перевод из блога
Веры Васильевой):
106. Еще одно связанное с "ЮКОСом" судебное преследование, которое закончилось приговором к пожизненному лишению свободы, оставшееся практически незамеченным широкой общественностью – это процесс в отношении Алексея Пичугина, главы отдела внутренней [экономической – здесь и далее прим. перев.] безопасности "ЮКОСа", бывшего офицера КГБ и ФСБ. В своем докладе за 2005 год "Обстоятельства ареста и судебного преследования высших должностных лиц ЮКОСа" я описывала некоторые очевидные нарушения, допущенные во время предварительного следствия по делу г-на Пичугина, которое тогда только начиналось. Я была особенно обеспокоена информацией, согласно которой г-ну Пичугину угрожали отомстить за отказ в даче ложных показаний против высших руководителей "ЮКОСа", а также тем, что судебное разбирательство по его делу будет проведено в условиях полной секретности. Я также сообщала сведения, предоставленные адвокатом, действующим от имени мужчины по фамилии Решетников. Решетников, по словам его адвоката, был незаконно осужден за покушение в интересах "ЮКОСа" на убийство бизнесмена Рыбина, который на самом деле инсценировал это покушение, чтобы подкрепить свой иск против "ЮКОСа" в Австрии. Г-н Решетников в то время был этапирован в СИЗО "Лефортово", где ему предложили сделку: свободу в обмен на ложные показания против должностных лиц "ЮКОСа". По совету своего адвоката, который также рассказал мне о чинящихся ему препятствиях в доступе к своему клиенту, г-н Решетников тогда отказывался принять эти условия.
Во время моего недавнего визита в Москву молодая женщина [журналист и правозащитник Вера Васильева], представившаяся как общественный защитник Алексея Пичугина, передала мне документ, в котором она подводила итоги дела своего клиента. Я была поражена, когда увидела из этого документа, что г-н Пичугин был осужден, в частности, за покушение на убийство Рыбина на основании двух доказательств: свидетельские показания г-на Решетникова и рукописная записка с адресом г-на Рыбина, найденная в жилище г-на Пичугина [На самом деле эта записка, по версии следствия, была найдена за обложкой паспорта Сергея Горина, который, в свою очередь, следователи якобы обнаружили в автомобиле пропавшего бизнесмена. Примечательно, что в материалах дела паспорта нет, есть только упоминание этого документа, и где он находится – неизвестно. Не менее интересно и то, что записка неожиданно нашлась много позже, чем сам паспорт, уже когда дело было в Генпрокуратуре.] (г-н Пичугин отрицал, что записка была написана им, но суд отказался удовлетворить ходатайство защиты о проведении графологической экспертизы).
Также вызывает беспокойство то, как "подгонялись" свидетельские показания, чтобы развеять сомнения, которые побудили Верховный Суд отменить первый обвинительный приговор [по второму уголовному делу] от 17 августа 2006 года. В ходе первого судебного разбирательства [по второму уголовному делу], г-н Решетников дал показания, что он получил задание на совершение убийства от г-на Пичугина и г-на Невзлина через (умершего) посредника. Защита выразила протест против использования таких основанных на слухах доказательств. Во втором судебном процессе [по второму уголовному делу, проходившем в 2007 году] свидетели вдруг вспомнили, что г-н Пичугин и г-н Невзлин сами присутствовали при этом разговоре. Кроме того, в ходе первого судебного разбирательства не было устранено противоречие между внешностью (темноволосого) Решетникова, который перевозил убийцу, и многочисленными свидетельствами очевидцев, которые видели на месте преступления светловолосых людей. Во втором судебном процессе г-н Решетников и другие главные свидетели вдруг вспомнили, что они носили в то время светлые парики.
107. Вышеизложенное заставляет меня опасаться, что г-н Пичугин также, возможно, стал жертвой непрекращающейся кампании, которая ведется против всех лиц, связанных с "ЮКОСом" и его руководителями.
Юридический комитет одобрил текст доклада Сабины Лойтхойзер-Шнарренбергер, в котором, в частности, утверждается, что в российских судах широко распространены злоупотребления по политическим мотивам. Российская делегация препятствовать принятию доклада не стала. Более того, во время голосования в юридическом комитете в зале не было ни одного представителя РФ.
Из доклада:
Доклад призывает не экстрадировать в Россию людей, если есть вероятность, что судебное разбирательство их дела будет несправедливым.
Наибольшее внимание в документе уделяется делу ЮКОСа.
По мнению автора, невозможно понять, почему Михаила Ходорковского и Платона Лебедева второй раз судят за одно и то же преступление: во время первого процесса их обвиняли в уклонении от уплаты налогов, а теперь все те же самые факты интерпретируются обвинением как мошенничество и отмывание денег. Это очевидное нарушение Европейской конвенции по правам человека, никто не может быть осужден дважды за одно и то же.
По поводу дела Алексея Пичугина (перевод из блога
Веры Васильевой):106. Еще одно связанное с "ЮКОСом" судебное преследование, которое закончилось приговором к пожизненному лишению свободы, оставшееся практически незамеченным широкой общественностью – это процесс в отношении Алексея Пичугина, главы отдела внутренней [экономической – здесь и далее прим. перев.] безопасности "ЮКОСа", бывшего офицера КГБ и ФСБ. В своем докладе за 2005 год "Обстоятельства ареста и судебного преследования высших должностных лиц ЮКОСа" я описывала некоторые очевидные нарушения, допущенные во время предварительного следствия по делу г-на Пичугина, которое тогда только начиналось. Я была особенно обеспокоена информацией, согласно которой г-ну Пичугину угрожали отомстить за отказ в даче ложных показаний против высших руководителей "ЮКОСа", а также тем, что судебное разбирательство по его делу будет проведено в условиях полной секретности. Я также сообщала сведения, предоставленные адвокатом, действующим от имени мужчины по фамилии Решетников. Решетников, по словам его адвоката, был незаконно осужден за покушение в интересах "ЮКОСа" на убийство бизнесмена Рыбина, который на самом деле инсценировал это покушение, чтобы подкрепить свой иск против "ЮКОСа" в Австрии. Г-н Решетников в то время был этапирован в СИЗО "Лефортово", где ему предложили сделку: свободу в обмен на ложные показания против должностных лиц "ЮКОСа". По совету своего адвоката, который также рассказал мне о чинящихся ему препятствиях в доступе к своему клиенту, г-н Решетников тогда отказывался принять эти условия.
Во время моего недавнего визита в Москву молодая женщина [журналист и правозащитник Вера Васильева], представившаяся как общественный защитник Алексея Пичугина, передала мне документ, в котором она подводила итоги дела своего клиента. Я была поражена, когда увидела из этого документа, что г-н Пичугин был осужден, в частности, за покушение на убийство Рыбина на основании двух доказательств: свидетельские показания г-на Решетникова и рукописная записка с адресом г-на Рыбина, найденная в жилище г-на Пичугина [На самом деле эта записка, по версии следствия, была найдена за обложкой паспорта Сергея Горина, который, в свою очередь, следователи якобы обнаружили в автомобиле пропавшего бизнесмена. Примечательно, что в материалах дела паспорта нет, есть только упоминание этого документа, и где он находится – неизвестно. Не менее интересно и то, что записка неожиданно нашлась много позже, чем сам паспорт, уже когда дело было в Генпрокуратуре.] (г-н Пичугин отрицал, что записка была написана им, но суд отказался удовлетворить ходатайство защиты о проведении графологической экспертизы).
Также вызывает беспокойство то, как "подгонялись" свидетельские показания, чтобы развеять сомнения, которые побудили Верховный Суд отменить первый обвинительный приговор [по второму уголовному делу] от 17 августа 2006 года. В ходе первого судебного разбирательства [по второму уголовному делу], г-н Решетников дал показания, что он получил задание на совершение убийства от г-на Пичугина и г-на Невзлина через (умершего) посредника. Защита выразила протест против использования таких основанных на слухах доказательств. Во втором судебном процессе [по второму уголовному делу, проходившем в 2007 году] свидетели вдруг вспомнили, что г-н Пичугин и г-н Невзлин сами присутствовали при этом разговоре. Кроме того, в ходе первого судебного разбирательства не было устранено противоречие между внешностью (темноволосого) Решетникова, который перевозил убийцу, и многочисленными свидетельствами очевидцев, которые видели на месте преступления светловолосых людей. Во втором судебном процессе г-н Решетников и другие главные свидетели вдруг вспомнили, что они носили в то время светлые парики.
107. Вышеизложенное заставляет меня опасаться, что г-н Пичугин также, возможно, стал жертвой непрекращающейся кампании, которая ведется против всех лиц, связанных с "ЮКОСом" и его руководителями.
