Геращенко: Россия может проиграть дело ЮКОСа - это будет ж...па

Здесь можно прочитать некоторые подробности о деле ЮКОСа в Страсбургском суде.

А также традиционно внятное интервью Виктора Геращенко:

«СП»: - Виктор Владимирович, с чего началось дело ЮКОСа?

- Сначала налоговая инспекция рассматривала дело ЮКОСа по налоговым претензиям к нему за 1999 – 2002 годы и приняла решение, что со стороны компании все уплачено правильно, поставила свою подпись. А потом, спустя некоторое время, когда Ходорковский публично поспорил с Путиным во время заседания РСПП, дело неожиданно возобновилось.

«СП»: - А о чем был спор и с кем?

- Речь на том заседании шла о продаже "Северной нефти", к которой не допускали всех желающих участников, среди которых был ЮКОС. Тогда там крутил делами первый замминистра финансов Андрей Вавилов. Ходорковский сказал ему, что ЮКОС выполняет межправительственное соглашение по поставке нефти в Китай, приходится возить ее в цистернах, что очень дорого. И попросил разрешения вместе с Китаем построить нефтепровод, который будет стоить 3 млрд. долларов. Путин ответил: нет, сначала будем строить трубопровод на Дальний Восток за 10 млрд. долларов. Ходорковский возразил, что это разные вещи. Нефтепровод нужен, чтобы снабжать сырьем Японию, Корею, и другие азиатские страны, которым не хватает ближневосточной нефти, а здесь речь идет о нашем ближайшем партнере - Китае. В ответ президент сказал Ходорковскому, что он не разбирается в экономике, а тот ответил, что это Путин не умеет строить межгосударственные отношения с таким важным партнером, как Китай. В общем, слово за слово – президент обиделся…

«СП»: - С этого и началось «дело ЮКОСа»?

- Налоговая инспекция, сразу забыв про свое прежнее решение, заявила, что ЮКОС нарушил законодательство об использовании оффшорных зон для оптимизации налогообложения. Ходорковскому дали возможность покинуть страну, когда он ездил в США по делам «дочерней» компании - в 2003 году. Но он отказался остаться в Америке, вернулся в Россию и начал активно финансировать партии перед выборами. Причем, не только те, на финансирование которых давал согласие Путин, но и оппозиционные, в том числе и коммунистов.

«СП»: - И компанию обвинили в неуплате налогов?

- Да. Сначала пришло требование налоговой инспекции, что компания должна заплатить за 1999 год 3,7 млрд. долларов. Ходорковский сказал, что будет судиться с налоговой службой. Но ее решение, хотя оно и необоснованное, все равно надо исполнять. Заплатить хотели акциями «Сибнефти», которые котировались на рынке и стоили 4 млрд. долларов. В налоговой подождали два дня и ответили, что акции брать не будут, дескать, продавайте «Юганскнефтегаз». А это был основной актив, который добывал 62 млн. тонн нефти. Ходорковский в ответ заявил, что «Юганскнефтегаз», в случае судебных претензий, по закону является активом «третьей очереди», который продают лишь тогда, когда не хватает денег от продажи ликвидных активов, таких как «Сибнефть». Поэтому его он продавать не будет. Тогда власти начали процесс, в результате которого «Юганскнефтегаз» был все-таки продан. Причем, гораздо дешевле, чем он стоил на самом деле. Потому что оценку проводил немецкий «Дрезденбанк», а его московским управляющим тогда был бывший сотрудник «гэдээровской» разведки «Штази» Маркус Вульф, который жил на одной лестничной площадке с Путиным – это уже секрет Полишинеля.

«СП»: - А ведь к ЮКОСу были еще претензии и по банковским кредитам?

- Было два иностранных кредита. Один из них на 1,6 млрд. долларов - это были деньги управляющей компании ЮКОСа «Менатеп», выведенные в свое время за границу. То есть, он должен был сам себе, но через французский банк «Сосьете женераль». Остаток составлял около 800 млн. долларов. Другой кредит, на 1 млрд. долларов, дали 12 западных банков - там оставалось заплатить 460 млн. долларов. Банкам сказали, что пока гасить кредит ЮКОС не может, потому что вся прибыль, которая поступает от продажи сырья, идет на выплаты по судебному производству налоговой инспекции. Но компания продаст свой литовский нефтеперерабатывающий завод, на который российские власти не успели наложить руку, и расплатится с кредиторами. Кредиторы согласились, и Лондонский суд формально зафиксировал, что ЮКОС не платит по кредиту. А потом, втихую, эти долги были куплены «Роснефтью», которая инициировала судебный процесс и назначила внешнего управляющего, который распродавал активы ЮКОСа. Причем, акции «Роснефти», принадлежащие ЮКОСу, были проданы с 10%-ной скидкой – ниже рыночной цены. И таких нарушений в процессе ликвидации было полно.

«СП»: - Значит, у зарубежного истца есть шансы выиграть дело?

- Там истец должен быть не один. Ведь «Менатепу» Ходорковского принадлежало всего 62% акций ЮКОСа, а остальное держали различные частные компании, причем, около 23% акций принадлежало иностранцам, в основном - американцам. И среди них есть один американский хедж-фонд, в котором держит деньги страховая компания пенсионеров Пентагона. Поэтому я уже предупреждал: придет на суд бравый американский полковник и просто всех вас перестреляет.

«СП»: - Стоимость претензий американцев составляет 100 млрд. долларов, насколько оправдана такая сумма?

- Такой вопрос - откуда взялись 100 млрд. долларов, я себе задавал. В 2003 году одна американская компания вела переговоры с ЮКОСом по поводу продажи 45% акций, за которые они готовы были заплатить 25 млрд. долларов. Исходя из этой оценки, все акции ЮКОС, принадлежащие «Менатепу», вместе с лицензиями на месторождения стоили около 39 млрд. долларов. Но если бы компания все эти годы существовала, она бы потенциально увеличивала свою капитализацию. Плюс, на всех судах в претензии входят и очень большие суммы компенсации - в расчете на то, что дадут меньше. Видимо, отсюда такая оценка американцев.

«СП»: - И все-таки, как вы считаете, есть перспективы у американцев выиграть это дело?

- Думаю, перспективы есть. Вопрос в том, как будут вести себя на суде российские власти. С самого начала, когда стало известно, что американцы подали в Страсбургский суд, было понятно, что если Россия проиграет его, то это будет, по-русски говоря, жопа. Бедный, бедный однокурсник Медведева.

«СП»: - А если Россия откажется исполнять решение суда и уйдет из ПАСЕ?

- А ей это надо? Особенно сейчас…